Диковинная птица

В начале марта 1719 г. из Москвы в Переяславль-Рязанский прискакал солдат лейб-гвардии Преображенского полка Василий Островский. Осадив коня перед домом ландрата1 Кривцовского, он загромыхал ботфортами в комнату хозяина. Подполковник Кривцовский побледнел при виде протянутой к нему бумаги — указа царя. Дрожащими руками он развернул его и прочитал: «От Великого Государя Царя и Великого князя Петра Алексеевича всея великия и малыя и белыя России Самодержца в Переяславль Рязанский Лантрату нашему Артемью Фадеевичу Кривцовскому…»

Кривцовский прочел дальше, и на сердце у него отлегло: «Ведомо нам Великому Государю учинилось, что ныне есть у тебя в поимке птица белая ворона и по нашему Великого Государя указу велено тое птицу взять к Москве и для взятья тое птицы послан к тебе с сею нашего Великого Государя грамотою нарочно Лейб Гвардии Преображенского полку солдат Василей Островской…» В указе говорилось, что диковинную птицу надо везти с великой осторожностью, «устроя ей место, в чем бы ее мочно довести к Москве в целости и… дать… на тое птицу в дорогу довольный корм и подводы и провожатых, чтоб ей в дороге какой гибели не учинилось…».

Об исполнении указа предписывалось «подать отписку» в Преображенский приказ ближнему стольнику князю Ивану Федоровичу Ромодановскому «с товарищи». Артемий Фадеевич развил бурную деятельность: приказал сделать без промедления достойную царской птицы клетку, приготовить ямскую подводу, заготовить в дорогу съестных припасов для людей и вороны, наконец, вызвал солдата Фому Кузьмина и, назначив его провожатым, дал соответствующие подробные разъяснения.

Вероятно, в поспешности дорожных приготовлений не обошлось без кулаков и пинков, которыми в старину ускоряли всякие дела. Когда же все было готово к отъезду, Артемий Фадеевич вручил Василию Островскому скрепленный печатью документ — «Подорожную для провоза птицы». Вскоре из города отправилась странная процессия: впереди на коне ехал громадный солдат Василий Островский, за ним, погоняемая ямщиком, лошадь тащила сани, на которых, охраняя укутанную шубой клетку, сидел смекалистый и расторопный солдат Фома Кузьмин. Ехали в Москву через Коломну. Ночевали на постоялых дворах, «везде без задержания и безденежно», как указывалось в подорожной.

На пятый день знатная ворона в целости и добром здравии была доставлена в Москву, в Преображенский приказ. Дьяк Яков Былинский, осмотрев птицу, вынул из-за уха гусиное перо и деловито написал:

«Помета: 1719 году марта в 19 день. По сей подорожной отписка и присланная птица в Преображенском приказе приняты и провожатый Фома Кузьмин отпущен. Дьяк Яков Былинский».

Солдат Фома Кузьмин, получив «помету», облегченно вздохнул и отправился в обратный путь…

Петр I, этот «мореплаватель и плотник», хорошо понимал ценность предметов, представляющих исторический интерес. Он первый в России собрал коллекцию для музея и в своем указе от 13 февраля 1718 г. требовал собирать «диковинки», которые встречаются «в человеческой природе, в зверской и птичьей…». Такой «диковинкой» и оказалась пойманная через год после издания указа белая ворона. В том же указе говорилось: «Также ежели кто найдет в земле или в воде какие старые вещи… все что зело старо и необыкновенно, такоже бы приносили, за что давано будет довольная дача…»

В начале 1719 г. в Петербурге была открыта так называемая кунсткамера — первый в России музей. Кунсткамера имела большую по тому времени библиотеку (15 тысяч книг), кабинет монет и медалей, анатомические, эмбриологические, зоологические, ботанические и геологические коллекции, математические и физические инструменты, а также «живописные вещи».

В этот музей попала и диковинная птица из Рязанской земли.

Царь либо сам приобретал экспонаты для кунсткамеры за границей, либо они доставлялись из разных уголков России.

Петр I заслуженно считался лучшим гидом: он любил показывать экспонаты музея и рассказывать о них как иностранным послам, так и русским вельможам.

Собрание кунсткамеры по богатству и разнообразию экспонатов уже к концу жизни Петра приобрело славу едва ли не самого богатого в Европе. Кстати, вход в кунсткамеру был свободным «для всякого чина людей», и в ней наблюдалось «всегда великое людство».

Все это — пример того, какой разносторонней и удивительной по размаху была деятельность Петра I.

1 Ландрат, или лантрат,— должностное лицо того времени, подчиненное губернатору, возглавлявшее территорию (ландратскую долю) с определенным числом тягловых дворов — около 5536.

Ваша оценка
( Пока оценок нет )
Добавить комментарий